ФОРУМАРХИВРАСПРОСТРАНЕНИЕНОВОСТИRE:ДАКЦИЯRE:КЛАМОДАТЕЛЯМКОНТАКТЫ
 




Сделать стартовой
И еще...
Этника созрела
Песня «Безмужичье» в исполнении двадцатилетней Михалны, взорвала чарт «Нашего радио». подробнее »
Радиоконсервы
Павел Картаев, продюсер утреннего шоу «Горячие Головы» на «Радио Энергия»: — Паша, чем вам интересен подкастинг, кроме того, что с темой «п**да — это лечебное место» вас не пустят в радиоэфир? подробнее »
Эскортом быть
«Привет. У тебя нет желания сгонять в Европу на два дня? В Венгрию приезжают мои испанские старички, просили привезти с собой подругу. подробнее »
Соблазнять деньги
В очередной раз пересчитав деньги, оставшиеся до мучительно далекой зарплаты, понял, что в миллионеры мне не попасть. И задумался: а собственно почему? Что думает по этому поводу современная наука? Наука шарахнула ... подробнее »
Кухня мести: для гурманов и на скорую руку
Кавказ, Центральная Азия, Ближний и Средний Восток, Европа, Америка, Африка, Япония… Где-то это блюдо подавали холодным, где-то наоборот, предпочитали погорячее, но практически везде — с кровью. Времена и законы изменились. Нравы — нет. Принцип «око за око, зуб за зуб» никуда не делся. Правда, вслед за изменением законодательства и общественных устоев изменился и подход к приготовлению этого блюда. Привкус крови почти исчез, зато повара начали вовсю экспериментировать со специями. Более того, сегодня месть можно заказать по телефону или через Интернет, как какую-нибудь пиццу. Но и кустари-кулинары не сдают позиций. подробнее »

Главная » Архив » Номер 10 » Воют надписи
Воют надписи
Номер: №10, "С войной закончили мы счеты?"
(6 мая 2005 — 15 мая 2005)

Рубрика: Тема номера
Тема: Холокост
От: Лия Телипман


Мемориальный центр Катастрофы европейского еврейства и героизма Яд ва-Шем (дословно с ивр. – рука и имя) находится в Иерусалиме, на холме Памяти. Яд ва-Шем не просто крупнейший музей Холокоста (дословно – катастрофы). Это и научно-исследовательский институт, изучающий детали событий Второй мировой с огромной библиотекой и архивом. Хранящиеся в нем документы послужили, в том числе, основанием для свидетельских показаний на процессе против гитлеровского палача Эйхмана, который проходил в Иерусалиме.
Но Яд ва-Шем – это и кладбище для тех, кому некуда больше идти скорбеть по убиенным родственникам.
В Зале имен потомки жертв нацизма могут внести имена погибших в «Лист свидетельских показаний». Но самое важное, что можно сделать в Яд ва-Шем – оставить заявку на поиск пропавших без вести родственников, указав имя, дату и место рождения, местность, где теряются следы погибшего. В Яд ва-Шем будут искать. Иногда – месяцы, иногда – годы, но что-нибудь найдут непременно: путь ли следования пропавшего, встреченных ли на пути людей, а если удастся, то и останки.  
 
7 утра. Подъем. Солнце, жара. В августе в Израиле всегда солнце и всегда жара. Но спать все равно хочется, а тащиться в Мемориальный центр Яд ва-Шем – нет. Зачем, спрашивается, мне эти страсти про концлагеря? Про абажуры и сумочки из человеческой кожи, матрацы и подушки, набитые женскими волосами, и свечи из жира – я знаю. Про число жертв – тоже. Над «Списком Шиндлера» рыдала. Дайте мне жить спокойно уже, а?! Сколько можно насиловать мой мозг! Тем более, следующим пунктом программы пребывания в Иерусалиме – розовый сад в центре города. Я лучше сразу – в сад. Без всяких мемориальных центров.
Разумеется, ехать пришлось. То есть моими желаниями и не интересовались вовсе. Программа расписана, группа ходит гуськом.
Долгое муторное карабканье на автобусе на холм Памяти. Иерусалим расположен на горном хребте, там все дороги вверх-вниз. Раннее утро, жара и горный серпантин впридачу - мути-и-и-т…
Добрались. Музей на поверку оказался необъятным парком, в котором свободно разбросаны павильоны и скульптуры. Ось – аллея Праведников Мира, названная так в честь людей разных национальностей, которые укрывали евреев от нацистов. Каждое дерево носит имя праведника. Деревьев на аллее невидимое множество. Что делали фашисты с укрывателями – я знаю. Поплохело.
Потом – Зал имен, где увековечены замученные фашистами. Полумрак и много-много табличек с именами. Шесть миллионов.
Потом – Зал памяти, похожий на барак, внутри – мозаикой на полу названия 22 концентрационных лагерей и мест массовых расстрелов. В склепе перед вечным огнем – прах жертв Катастрофы. Потом – залы, где нет фотографий с искалеченными телами и орудиями пыток из учебников истории. Есть только фото пустых выжженных селений, пустых газовых камер и цифры. В Кракове столько-то, в Варшаве столько-то, в Виннице… Долина Погибших общин. Уничтожено пять тысяч.
Детский мемориал. Круглая зеркальная комната. Ничего нет. Только свечные блики в темноте. И голос перечисляет имена погибших детей. Без пауз. Каждое имя звучит однажды в несколько лет. Самое страшное место на Земле.
Я больше не хочу в розовый сад. Я не хочу фотографироваться. Мне наплевать на солнце и жару. Я никогда не пойму людей, идущих умирать за кого-то. Я никогда не забуду 60 миллионов погибших.

Всего оценок: 14, средний балл: 3.9
» Комментарии

← Предыдущая статья Вернуться к содержанию Следующая статья →
Статьи автора:
» Новые учителя
» На кой «Болт» нам нужен такой Большой?
» Стань звездой.
» Он, того… стоит?
» Земфира на просвет

Статьи рубрики:
» Если не они, то никто
» Как заработать на танцах с шестом
» В розовой кофточке и очень опасна
» Только для членов профсоюза
» Как готовить няню



Комментарии (оставить свой)

От: Виктор
23.08.2019, 07:34
Перезвоните мне пожалуйста 8 (950)000-06-64 Евгений.

Оставить комментарий:
Ник:
E-mail:
Введите код, который вы видите на картинке:



Поиск
Rambler's Top100 © "RE:АКЦИЯ". Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-19561 от 11.02.2005
При перепечатке материалов ссылка на reakcia.ru обязательна
Создание сайта - alsd.ru