31 октября, в день трофейного праздника Хеллоуин, я пойду в кино — на фильм Роба Зомби с одноименным названием и суффиксом «2007». Меня будут кошмарить, я буду кошмариться. Мальчик с кукольным личиком завалит всю свою неблагополучную семью и школьного обидчика, окажется в дурдоме, вырастет в трехметрового верзилу, сбежит из дурдома и укокошит еще полтора десятка человек, половину из которых будет не жалко. И только потом умрет сам.

Я не люблю жанр фильмов ужасов. Мне там страшно и неприятно, хотя я знаю, что все «понарошку». Еще мне не близко творчество Роба Зомби. Роб Зомби заслуженно носит неофициальное звание «культовый режиссер»: он снимает дешевое кино и продает его как дорогое, он подменяет образы штампами, он подчиняет содержание впечатлению. Он эксплуатирует стереотипы, а его чтут как «нонконформиста». Когда человеку или его произведениям приписываются не присущие им свойства, это и есть «культовое».

Поход на Зомби в День всех святых, таким образом, будет носить специфический характер, с целями, далекими от культурного досуга. Скорее это будет что-то вроде заговора, отвода дурных сил. Ну и еще — надежное укрытие. Если верить источникам, маньяки и живые трупы невероятно активны вечером 31 октября. Но, по тем же источникам, они не орудуют на киносеансах, где про них показывают фильмы. Возможно, у них конвенция: бизнес есть бизнес, на чужую территорию нельзя. Из двух зол я выбираю экранизированное.

В фильмах таких режиссеров, как Р. Зомби, есть один важный нюанс. Зло настолько немотивированно и неангажировано, настолько равнодушно ко всяким «заслужил-не заслужил», настолько лишено выгоды и смысла, что это выводит из себя даже больше, чем реки крови и горы трупов. Однако после, под холодным осенним небом, вдруг ловишь себя на мысли о том, насколько окружающее нас в действительности корыстолюбивое, разборчивое или выступающее как возмездие зло поганее кинематографического.

Ужас и страх должны быть «понарошку».

За этим я и отправлюсь 31 октября к режиссеру Робу Зомби.