ФОРУМАРХИВРАСПРОСТРАНЕНИЕНОВОСТИRE:ДАКЦИЯRE:КЛАМОДАТЕЛЯМКОНТАКТЫ
 




Сделать стартовой
И еще...
Бабу, водки и домой
Нововведения армейской реформы постепенно окружают нас. Завтра а армии могут оказаться те, кто этого никак не ожидал: студенты и выпускники. Как изменится жизнь будущих «солдат поневоле»? Что произойдет с армией, пополнившей свои ряды студентами? В этом пытаются разобраться руководитель пресс-службы уполномоченного президента России по правам человека Андрей Гавриленко и футуролог Игорь Бестужев-Лада, а также школьники и не успевшие поступить на военные кафедры студенты. подробнее »
AMATORY
Кумиры нового поколения, они нашли в себе смелость сказать «я против» всему, что нас окружает подробнее »
Образцовые образцы
Брутальный небритый мужик деликатно ноет о безответной любви, а нежная блондинка, матерясь, бьет себя кулаком в грудь и поет о том, что она «е*аная принцесса». подробнее »
Исповедимые пути
Бог пришел к народу или к пророку и рассказал, как в него следует верить. Приверженцы почти всех религий убеждены, что их вероучения рождались именно таким образом подробнее »
Настоящие пираты Карибского моря
Карибы! Карамба!.. «Веселый Роджер» не всегда развивался над их судами. Большую часть жизни они провели под флагами своих стран. подробнее »

Главная » Архив » Номер 34 » Максим vs МакSим
Максим vs МакSим
Номер: №34, "На прощание"
(5 октября 2006 — 15 октября 2006)

Рубрика: Слух
Тема:
От: Максим Кононенко


Мы сидели с Мариной Максимовой на веранде паба на Пятницкой и разговаривали. Мимо шли люди, рядом сидели другие посетители, и никому из них не приходило в голову, что вот эта симпатичная девушка — самая популярная на сегодняшний день поп-певица в России. Что ее альбом «Трудный возраст» разошелся тиражом в 400 тысяч экземпляров. Что ее песня «Нежность» 18 недель находится на вершине хит-парада «Русского радио». Что вот эта вот девушка и есть таинственная певица МакSим из Казани, которую все слышали, но о которой никто ничего толком не знает — ни публика, ни воротилы шоу-бизнеса.
 
— Марина, твоя музыка звучит почти из каждого киоска с пластинками. При этом тебя не показывают по телевизору, не узнают на улице. У тебя какого-то чувства обиды нет? Тебе не хочется выйти на середину улицы и кричать — это же я, я пою!
— Мне наоборот по кайфу. На самом деле я всегда хотела музыкой заниматься, а вот чтобы заниматься этим как бизнесом, а потом сидеть и смотреть, какая же я все-таки в телике красивая, — у меня такого никогда не было. Если это случится, наверное, мне будет приятно, я пока не знаю. Но абсолютно никаких комплексов по этому поводу не испытываю.
— Но ведь это тоже часть бизнеса. Жить-то на что-то надо, кушать?
— А зрители слушают, концерты есть, мне самое главное — на сцене делать то, что я умею.
— Скажи, а певица Света для тебя какое-то значение имеет в этой жизни?
— Похожи, что ли?
— Причем не только в музыкальном отношении, но и по истории. Света ведь тоже из региона.
— Да у нас наверняка почти все музыканты из регионов.
— Но музыка-то вся делается в Москве. А Света делала ее в Ростове, как и ты — в Казани. И на протяжении нескольких лет Света была одной из самых популярных певиц в стране, хотя ее не показывали по телевизору и почти не крутили по радио.
— Да, у нас в Казани она тоже имела большую популярность. На самом деле мне нравятся ее песни, не скажу, что больше всех, но они довольно нежные, прикольные. Если бы еще она продавала их тем людям, которые умеют петь, было бы здорово. Это я не про себя. (Смеется.)
— То есть никаких истоков для твоих песен в музыке Светы нет?
— Нет. Мне очень нравятся «Гости из будущего». Я не могу сказать, что стремлюсь быть похожей, но слушать их мне особенно приятно. Вообще, если посмотреть на мою фонотеку дома, то тебе это будет странно. Я люблю старый рок: Deep Purple и все такое, Pink Floyd’ы всякие. Меня в детстве приучили это слушать и много про это рассказывали. Я же с 14 лет на сцене и постоянно общаюсь с музыкантами, которые гораздо взрослее и старше, опытнее. И они меня музыкально воспитывали.
— А почему ты так рано начала работать? У тебя в семье есть музыканты?
— Нет, просто в моей семье все очень любят музыку, папа с моего самого-самого маленького возраста, сколько я его помню, всегда играл на гитаре, пел какие-то песни. Первый инструмент, на котором я научилась играть, — это на столовых ложках. Мама потом отдала меня в музыкальную школу, не для того чтобы я стала музыкантом, а просто для того чтобы ребенок развивался правильно. На самом деле родители хотели, чтоб я занималась чем-то серьезным. И я ходила на всякие конкурсы и пела там, но не для того чтобы побеждать, а для того чтобы как-то освободили от математических предметов. А потом меня просто с одного конкурса забрали, сказали — ты будешь работать, я сказала — хорошо. Нашили мне костюмов, пригласили танцоров в Казани и вывели после группы Hi-Fi на стадионе плясать.
Я уговорила родителей подписать контракт. Сразу наняли людей, которые написали песни, и все у меня как по-настоящему началось, все дела. А свои песни я тогда еще только пела под гитару во дворе.
— То есть на самом деле ты не испытывала такого, что испытывали люди, допустим, с первой «Фабрики звезд», когда они за месяц становились популярны на всю страну?
— Ты знаешь, вот на казанском уровне — да, у меня получился очень резкий взлет. Обычно, как известно, резкий взлет подразумевает очень быстрое падение. Потом я уже перестала работать по контракту, сама сделала свою маленькую группу, говорила, что я все теперь могу сама, и стала набирать своих танцоров. И мы начали постепенно работать в кабаках. То есть когда начинаешь осознавать свой шаг, уже начинаешь думать. И проще ко всему относишься, и вменяемо смотришь на окружающее.
— И у тебя сейчас нет ощущения, что ты суперзвезда, с такими-то тиражами?
— Приятно, конечно, но все это опять же волнами такими. Я надеюсь, конечно, что эта волна будет нескончаемой, но по крайней мере опять вернуться на «Библиотеку имени Ленина» и встретить тех мальчишек, с которыми я там работала, меня бы абсолютно не обломало.
— Ты в Москве живешь сейчас?
— Да, в Москве, снимаю квартиру. А в Казани учусь. На пиарщика.
— Бывают города, где происходит какой-то музыкальный процесс: Нижний Новгород, Екатеринбург, Ростов, Новосибирск. Там есть какая-то своя внутренняя музыкальная жизнь, и в ней что-то варится. В Казани есть такой процесс?
— Конечно. Вообще в регионах говорят, что в Москве страшно, что туда очень страшно ехать, что там тебе вообще ничего не светит. А на самом деле это в Казани так. Там все жестче, если честно. Там совершенно другой менталитет, несмотря на то что это довольно недалеко от Москвы находится. Там гораздо больше мелких, подлых людей. Я вообще этот бизнес представляла себе с детства таким, какой он в Казани, а когда приехала в Москву, то он оказался гораздо добрее, дружелюбнее и проще.
— Просто люди уже побогаче.
— Да, они спокойнее.
— У них уже нет такой ревности.
— Ага, а там прямо конкретная идет бойня.
— Самая популярная твоя песня — «Нежность», которая уже 18 недель в хит-параде «Русского радио» совершенно ужасным образом переделана под радио-формат. Тебе ее не жалко? И ведь люди узнают тебя вот по этой изуродованной песне, которая на пластинке звучит совсем иначе.
— Как ты меня понимаешь. Жалко. Честно — жалко. Но я занимаюсь творчеством, я делаю то, что могу делать, все это я стараюсь глубоко переживать, чтобы были какие-то душевные слова. А моя компания — она занимается бизнесом, и ее все эти нюансы, которые я придумываю, не волнуют. Я считаю, что песня берет тем, что она душевная. А им это уже не интересно, им главное — продать. У нас долго в России вообще, я считаю, останется кабак.
— А откуда происходит-то кабак, в чем причина? Ведь в один момент было ощущение, что начинает ситуация исправляться.
— Да, было такое ощущение. В конце девяностых.
— Да, а потом появилась «Фабрика», стало еще интереснее, все это болото зашевелилось… А потом «Фабрика» — раз! — и вросла как-то в это болото сама.
— Ну, потому что пока наши, так скажем, деятели искусства, те, которые сидят в офисах, будут заниматься музыкой чисто как бизнесом, все это еще долгое время будет оставаться кабаком. Потому что все равно у нас русская душа, ей надо, чтобы она распахнулась, развернулась.
— Но ведь ситуация ухудшается с каждым годом. Шоу-бизнес не работает как шоу-бизнес. Пластинки не продаются, компании деньги в артистов вкладывать не могут. Вкладывали продюсеры, а сейчас уже и они этого не делают. Никто своих денег в артистов не вкладывает, кроме их мужей, пап и банков каких-нибудь.
— Ну да. Вот я написала песню. Я стремилась к тому, чтобы она была более-менее нормальной, чтобы люди, которые понимают что-то в музыке, не сказали, что это плохо. А потом я слышу на радиостанции тот ремикс, который делают люди, даже мне не знакомые.
— Так эту песню делали без твоего ведома, да?
— Да, я даже не участвовала. Естественно, я пытаюсь с этим бороться, но у меня не очень пока выходит.
— Вот и весь шоу-бизнес. Папа или муж приносят продюсеру бюджет, продюсер этот бюджет отрабатывает, снимает клип, записывает альбом, берет за это полмиллиона долларов, а потом бюджет заканчивается, и продюсер говорит: ну все, извините.
— У меня другая несколько ситуация. У меня нет продюсера. И бюджет у него не закончится, потому что бюджета у меня как такового нет.
— А почему с тобой Gala Records подписала контракт? Ты к ним сама пришла?
— Я принесла им свой материал, но на самом деле мой материал был уже, наверное, во всех компаниях. Естественно, много людей пытались меня подписать. Так многие компании делают — подписывают контракт, а потом сидят и ничего не делают. А после, естественно, появляется какой-то дяденька, мама, папа, они понимают, что их доченька не может жить без музыки, и ей записывают клип, а она — хоп! — и вырывается. Ее вдруг начинают слушать. И тут звонит компания, которая подписала контракт, и говорит: «Заработала? Отдай, ты наш проект». Таких ситуаций очень много, я подержала в руках такие контракты и знаю, куда пойти и у какого юриста правильно спросить, что означает та или иная фраза. А вот контракт Gala Records мне оказался интересен. Я поняла, что музыкой я должна заниматься, если даже у них что-то не пойдет. Просто как подстраховка была. А сейчас все забилось так, что ежедневно встречи, переговоры. На самом деле никто этого не ожидал. У них там вообще нет концертного отдела, они никогда этим не занимались.
— А почему первый клип сделали на песню «Трудный возраст»? Мне кажется, это самая неудачная песня в альбоме.
— Я тоже так думаю, слушай, мы прямо с тобой на одной волне. Причем я ее пытаюсь на концертах не петь, ведь когда я ее писала, мне было 15, там совсем другое было мировоззрение и все такое. А вот странно — я приезжаю на концерты, и люди кричат: «Трудный возраст». Я им говорю — вы еще попросите «Мурку» спеть.
— Они кричат потому, что знают...
— Да, несколько песен крутилось на региональных радиостанциях, и эта понравилась людям. Я это осознала, когда приехала в Питер на танцевальный фестиваль. Причем очень удивилась: я ­— малобюджетный проект, и вдруг со «Зверями», «Дискотекой аварией», со всеми именитыми артистами. И когда я вышла, то офигела от того, что 15 тысяч человек просто пели песню «Трудный возраст». Я даже ничего не слышала — ни себя, ничего. Люди орали песню, и вот эту видеозапись я отнесла в Gala Records вместе со своим материалом.
— А тебе вообще легко пишется?
— Ну на самом деле даже если какой-то другой коллектив говорит: «Марин, нам вот нужна песня», то у меня такого нет, что я сижу и думаю, когда же ко мне муза придет вообще или уйдет куда-то там. У меня такого нет. Если надо писать, я пишу, и не факт, что это хуже или лучше, чем когда меня там проперло.
— Вообще у тебя такой жанр, в котором всю жизнь не проработаешь…
— Ну, это у меня сейчас такой жанр… У каждого человека одна музыка в один период. Потом вместе со мной, я надеюсь, и моя музыка будет взрослеть.
 
КАШИН, МИТЯЕВ И НИКОЛЬСКИЙ
Что еще слушают поклонники МакSим (с форума официального сайта певицы, пунктуация и орфография сохранены):
• Мне нравится Дмитрий Воробьев и Никита Бромберг...
• Павел Кашин, Михаил Башаков, Константин Арбенин, Олег Митяев, некоторые песни Шуры, продиджи, различная этническая музыка (японская, кубинская, югославская, африканская и тд.)
• Мне нравится Pain Серега Бьянка Avril Lavigne NTL Lama Prodigy US5 Кукрыниксы и Apocaliptica
• Уважаю Бутусова Любэ
• Легион, стихи просто супер, как и сама музыка, а вокалист не уступит самому Кипелычу. Да и вобще есть море старичков кого можно слушать бесконечно и не надоедают!
• Кипелыч ето вещь класссный мужик
• а ваще слушаю все что понравится! нравится NTL, Звери, Виктор Петлюра, Русский элемент, Face2Face, Юра Шатунов...
• Я последнее время Океан, Мельницу и Никольского слушаю...
 
КОШКА, БОЛЬШЕ ПОХОЖАЯ НА КУНИЦУ
В октябре выходит подарочное издание альбома «Трудный возраст», в первые три тысячи экземпляров которого будет вложена временная татуировка — точная копия той, что на плече у МакSим. Когда ей сделали эту татуировку, на ней был изображен неведомый зверь. МакSим сказали, что тату через какое-то время сойдет, но этого не произошло. Тогда певица пошла в салон и видоизменила рисунок — теперь на ее плече инициалы «ММ» и кошка, больше похожая на куницу.

Всего оценок: 34, средний балл: 3.8
» Комментарии

← Предыдущая статья Вернуться к содержанию Следующая статья →
Статьи автора:
» Поиск или жизнь
» Мода, которая может изменить мир
» Экспроприация краденого
» Из сияющей пустоты
» MAKSИM: Трудный возраст у меня прошел

Статьи рубрики:
» «Эхо» Массквы
» AMATORY
» Очень скользкий
» РОК-пацан. Рок-н-ролл еще жив, а мы еще хоть куда
» Тело в шляпе



Комментарии (оставить свой)

От: kisa
15.03.2008, 00:31
это всё слухи

От: bunyod_8
08.02.2011, 10:37

Оставить комментарий:
Ник:
E-mail:
Введите код, который вы видите на картинке:



Поиск
Rambler's Top100 © "RE:АКЦИЯ". Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-19561 от 11.02.2005
При перепечатке материалов ссылка на reakcia.ru обязательна
Создание сайта - alsd.ru