Сегодня около половины девятого вечера, то есть вчера уже, я решила поменять перегоревшую лампочку в коридоре.

Залезла на лесенку. Вывернула старую, вкручиваю новую и вдруг — х*к! — взрыв.

И все потемнело хором в квартире.

Мы эти пробки (или как там они) крутили, крутили — впустую.

А нам типа надо уходить уже из дома. Позвонила я в ЖЭК:

— Ночью, — спрашиваю, — ездит аварийка?

— Ездит.

Ну, думаю, вернусь — вызову.

Вернулась в полпервого.

Звоню.

Тетенька мне очень вежливо отвечает:

— Сейчас я ему позвоню, если сможет — придет.

— Ну пусть уж он сможет.

— Ну вы что, хотите, чтобы к вам пьяный электрик пришел?

— Нет, — говорю, — пусть придет не пьяный.

— Ну вот я ему и буду звонить. Трезвому.

Через минуту — дзынь-дзынь:

— Я электрик, что у вас случилось?

— Х*ня случилась. Света нет — чай попить не могу.

— Почему нет?

Объясняю...

— А, значит, вы сами виноваты?

— Не знаю я, кто виноват, придите и посмотрите.

— Да, сейчас иду.

Через полтора часа пришел.

Посмотрел, подергал.

— Ну, это вам там что-то переставлять надо. Но я сейчас не буду. Завтра вызывайте, это за деньги. Я временно сделаю щас.

— А давайте я вам заплачу, и вы мне постоянно сделаете?

— Ну давайте...

Ткнул три раза. Лампу в коридоре, которую я от страха сняла, привесил на провода, переделал там все в креплении, лампочку вкрутил.

Свет зажег.

Слез со стремянки:

— Кофе есть у вас?

— Есть.

И пошли мы на кухню кофе пить. Ну если люди вместе кофе пьют, то им сам бог велел за жизнь разговаривать. Сижу я на кухне и разговариваю с электриком о феминизации, деторождении и прочих бытовых проблемах рядового российского монтера.

— Правильно. Женщина, когда дома сидит, она готовит, моет, убирает, а никто и не думает, что это работа. Жалко мне баб, когда у них такие мужики, — грустно сказал российский гражданин киргизского происхождения. — И детей много рожать не надо. На что их кормить, когда их много, и как успеть со всеми поговорить?

Допил кофе, покурил и ушел.

Денег не взял.