Я думала, они остались где-то в середине девяностых, вместе с лосинами, пейджинговой связью и таймшером. Я не знала, что дело живет. Я неслась на хорошей скорости от Павелецкого вокзала к одноименному метро. И вот тебе раз: у входа в подземный переход на меня прыгает субъект, морячок маленький, тертые джинсы. Скачет и руками машет, драматизирует активно. А у меня плеер в ушах, так сразу и не пойму, чего ему хочется. Я, отзывчивая, уши освобождаю – мало ли, что человеку подсказать.

Напрасно.

Морячок, потрясая документом в ламинате, трещит, что он с НТВ, а вас, дескать, снимают триста двадцать пять телекамер, завтра смотрите себя там-то и там-то, и от нашей фирмы вам подарок. И в мои безвольные руки накладывает горкой: миксер – раз, комбайн – два, утюг – три и дальнейшую технику. «Так, – думаю, – ага, плавали-знаем, подарочек-то ваш возмездный». «А платить, – говорю морячку, – конечно же, надо?» Тот руками еще  сильнее машет: «Что вы, все  оплачено до нас!» Тут меня уже интерес разобрал – когда же непосредственно лохотрон начнется. Стою, внимаю. Головой трясу. Глаза круглые делаю и по новой: «Платить-то сколько?» Смотрю, второго зовет. Второй еще  хлеще – зубы золотые, на шее цепь в палец толщиной, на голове панама. Кот Базилио. Ту же палку гнет: нисколько не надо, от нашей фирмы вам подарок, завтра смотрите себя на НТВ в программе «Дом-2». Я снова головой киваю, соглашаюсь, а потом р-раз – шаг в сторону перехода делаю: все, мол, можно идти с подарками-то?

Тут вот и начинается.

Первый поспешно достает квитушку. И выдает безупречную логическую конструкцию: «Конечно, можно! А вот вам и квитанция, будете друзьям хвастаться. Утюг столько-то, миксер столько-то, в итоге пятнадцать тысяч пятьсот рублей. Платить ничего не надо. Семьдесят восемь процентов оплачивает правительство Москвы, а вам остается только небольшой налог, три тысячи с копейками».

Скучно как.

Выставляю их подарки в столбик на асфальт, делаю книксен и – к метро. Однако спускаюсь вниз, красиво-строгая такая, в юбке бежевой, и с печалью думаю: «Вот ведь, ужели я так похожа на простушку неместную, что меня на лохотроне развести пытаются? Вот тебе и имидж, вот тебе и деловой стиль».

Грущу.

А потом приходит спасительная мысль: «Нет, – говорю себе. – Не так! Я выгляжу как человек, который носит в кошельке сто баксов на мелкие расходы!»

И на душе сразу легчает.