Если б меня в детстве спросили: «Кем ты хочешь стать, деточка?», я бы показала на книжку братьев Стругацких и сказала, что желаю трудиться в НИИ ЧАВО — разрабатывать экспериментальные модели тапок-скороходов, а лучше плащей и шапок-невидимок made in Russia. Могла ли я подумать, что тем же самым занимаются совершенно серьезные люди? Не могла. Потому, став старше, стала писать волшебные сказки. А другие тем временем активно штудировали книжки по оптике, квантовой физике и нанотехнологиям.

Ульяновский ученый Олег Гадомский к своему открытию шел не один год. Увлекся физикой в школе, а после университета поступил в аспирантуру. Тогда же начал анализировать опыт коллег из других стран.

— Ранние модели «волшебных» шапок и плащей базировались на принципе хамелеона, то есть на создании камуфляжных оптических экранов, создающих эффект прозрачности, — рассказывает профессор. — Например, японские ученые создали плащ, который изменяет окраску, подстраиваясь под окружающую среду.

Японский плащ не совершенен. Если посмотреть

на то, что скрыто под ним не под прямым углом, то объект сразу попадает в поле видимости.

Американец Рэй Алден, изобретатель из Северной Каролины, предложил систему световых детекторов

и генераторов, которые проецируют копию фона

за предметом с его передней поверхности.

С помощью такого генератора можно повторить трюк Копперфильда с исчезновением статуи Свободы. На место статуи проецируется фон, и вот оно — чудо!

Тот же принцип, что и в сказках, когда колдун превращается в куст, камень или кучу хвороста. Другие американские ученые, Андреа Алу и Надер Ингета из Пенсильвании, сказок в детстве не читали и запатентовали «плазмообразное покрытие», которое пока существует только на бумаге, хотя физики утверждают, что по внешнему виду оно напоминает силовые защитные поля.

 

Олег Гадомский предположил, что раз существует самолет «Стелс», невидимый в радиодиапазоне, то можно изобрести вещество, делающее предметы невидимыми в диапазоне оптическом. Патент, полученный ульяновским профессором, так и звучит: «Способ преобразования частоты оптического излучения».

— Если покрыть предмет сверхтонким слоем микроскопических коллоидных частиц золота, он становится невидимым, — рассказывает профессор Гадомский.

Звучит как сказка, однако это изобретение считается одним из самых перспективных в своей области, несмотря на то что вещество действует только для неподвижных предметов. При движении частота излучения изменятся, а значит, предмет снова станет видимым. Еще на невидимость влияет электромагнитное поле, но свойство раствора «прятать» предметы — это не самое главное, считает ученый.

 

Изобретение Гадомского применимо не только в области науки или стратегических разработок, но даже в промышленности и быту.

— На основе этой технологии реально создать уникальный квантовый дисплей, — уверен Гадомский. — Мониторы нового поколения будут дешевле и удобнее, чем жидкокристаллические, полимерные или плазменные.

В «мониторах Гадомского» каждый пиксель имеет возможность менять свой цвет. Такому экрану не страшны ультрафиолетовые лучи. Он может быть любых размеров, а толщиной — с листок картона. Его можно будет свернуть и увезти с собой — он будет гибок, как лист ватмана. Сверхплоские ноутбуки покажутся нашим потомкам такими же нелепыми и громоздкими, какими нам кажутся первые вычислительные машины.

Еще одна область, где применим «эликсир невидимости» — медицина.

— Наночастицы из коллоидного золота при определенных условиях могут служить индикатором для обнаружения мельчайших частиц другого вещества, — считает профессор. — Условно такой прибор может называться биомаркером.

С его помощью можно мгновенно определять, какие вирусы находятся в человеческом организме, производить диагностику раковых опухолей и начальной стадии наркотической зависимости. Более того, с помощью биомаркера можно узнать, что человек ест, а что пьет, что, в свою очередь, позволит распознать причину отравления. Все это требует вложений. Сотрудники кафедры квантовой физики и оптоэлектроники Ульяновского госуниверситета приводят в пример Кембриджский университет, в котором были разработаны полимерные дисплеи.

— Они три года искали финансирование, не разглашая информацию о своем изобретении, но зато каков результат!

И хотя Олегу Гадомскому уже звонят из других стран, предлагая финансовые вложения и новейшее оборудование для лаборатории, в ответ лишь получают вежливый отказ: ученый считает, что его изобретения должны работать на его государство.